причинность

Касториадис: "Причинность же - это всегда отрицание изменчивости, утверждение двойного тождества: тождества в повторении
одних и тех же причин, приводящих к одним и тем же следствиям; конечного тождества причины и следствия,
поскольку каждый из этих элементов с необходимостью причастен другому или оба одному и тому же.'
Неслучайно, что здесь игнорируется стихия, в которой и посредством которой преимущественно развертывается
общественно-историческое - а именно смыслы или значения: они игнорируются или же трансформируются в
простой эпифеномен как внешний сопровождающий момент всего, что реально происходит."
"Существует лишь одна альтернатива: или время - ничто, странная
психологическая иллюзия, маскирующая существенную вневременность порядкового соотношения, или же оно -проявление факта рождения чего-то иного, чем то, что есть, рождения некоей новизны или иного, а не просто
проявления ряда следствий или разновидностей того же самого. 

Бейтсон о жертве double bind

Для жертвы в ситуации double bind безопаснее не только соскочить на метафорический уровень сообщений, но еще лучше - сделать скачок и самому превратиться в кого-то другого или сделать другой скачок и утверждать, что сам он находится совсем в другом месте. В таком случае double bind не будет оказывать своего действия на жертву, потому что попал в эту ситуацию совсем не он - сам он пребывает где-то в другом месте. Иными словами, высказывания, свидетельствующие о дезориентированности пациента, могут быть интерпретированы как способы его защиты от актуальной ситуации. Патология возникает тогда, когда пациент-жертва либо не сознает метафоричность своих реакций, либо не может сказать об этом. Пациент будет отдавать себе отчет в метафоричности своей речи, если осознает, что он защищается и, следовательно, боится другого человека. Однако это осознание для него может быть равнозначно обвинению другого и потому способно вызвать беду.   
http://www.gestaltlife.ru/publications/8/view/104 

Ж.Делёз: "Да, именно так, теория - это нечто вроде ящика с инструментами. Она не имеет ничего общего с означающим... Надо, чтобы она служила, чтобы она работала. И причем не ради себя. А если нет людей, чтобы ею воспользоваться, начиная с самого теоретика, который в таком случае перестает быть теоретиком, то это означает, что теория ничего не стоит или же ее пора ещё не пришла. Теорию не меняют, а делают из неё другие теории, и с её помощью получают другие, те, что хотят сделать. Любопытно заметить, что необычайно ясно выразил это автор, считавшийся чистым интеллектуалом, Пруст. Он говорил: пользуйтесь моей книгой как очками, направленными на внешний мир, и если одни вам не подойдут, то берите другие, сами найдите себе инструмент, который неизбежно станет инструментом
борьбы. Теория - не то, что тотализует, а то, что множится, и то, что множит."
Я согласен, но тут возможны крайности вплоть до солипсизма или безумия. Все хорошо в меру :)

Бейтсон

double_bind   цитирует неизданного (у нас) Бейтсона: "...Творческие, динамичные свойства живых существ связаны именно с капризной природой их окружающей среды. Слово каприз я использую обдуманно.
<...> Для описания скверных шуток, которые Природа проделывает над хорошо адаптированным организмом, как раз подходит слово капризы. На протяжении многих поколений Природа давала этому организму возможность действовать на основе предположения, что на какую-то ее характеристику можно положиться. Она вела организм по дорожке, пока он не ассимилировал факторы, обеспечивающие адаптацию, в свою глубинную структуру. А потом раз! -- и характеристики окружающей среды изменяются. В известном смысле, это ужасно нечестно. Природа провоцирует организм положиться на нее, а затем меняет тактику и говорит: "Вот видишь, ты мне доверился. А теперь посмотри на себя. Ты попал в беду". Однако в другом смысле или с точки зрения более широкой перспективы эта нечестность вновь и вновь создает условия для эволюционного творчества.
<...> Мы преимущественно думали о даблбайнде как о деструктивном опыте, как о травме. Однако если изображенная мной аналогия является здравой, становится ясно, что хотя опыт даблбайнда всегда отчасти неприятен, возможно и то, что этот тип опыта является неотъемлемой частью характерологического роста в широком смысле слова. Без такого опыта индивидуум был бы в известном смысле статичен, хотя излишек такового может довести его до шизофрении. Дело выглядит так, словно дифференциация и творчество -- что бы ни значили эти слова -- возникают тогда, когда окружающая среда и не слишком последовательна, и не слишком капризна."
Я уже как-то писал об этом.  Социум насквозь шозофреногенен и шизофреничен. Один язык (как таковой) чего стоит - он и коммуникация, и принуждение, да много чего написано уже о языке, язык "играет с нами" в очень изощренные игры.  А ведь без языка невозможно человеческое сознание. Но не о языке сейчас речь. Все устройство социума таково. А вот как "процветает" "самая могучая держава", и эти тенденции лишь усиливаются.
Складывается впечатление, что природе было "очень нужно", чтобы новый вид - человек - был помещен в неизмеримо более сложные, "шизофренические" условия. Возможно, этот самый человек должен как-то радикально измениться в результате (ну не как без этого целеполагания, несмотря ни на что))))? Только вот пока он не хочет меняться, постоянно сваливаясь в деструктивные защитные реакции, что мы и наблюдаем. Может быть, не время еще)

Роллой Мэй о фрейдовском инстикте смерти

"Определенно ясно, что фрейдовские механизмы привлекают разделение на дискретные причинно-следственные формулировки, которые удовлетворяют той детерминистской методологии, которая доминирует в американской психологии. Но необходимо также видеть, что делая из фрейдизма догму, мы упускаем существенные и жизненно важные аспекты фрейдовской мысли. В настоящее время существует любовный треугольник между фрейдизмом, бихевиоризмом в психологии и позитивизмом в философии. Примером одной из сторон этой связи является большая схожесть между теорией научения – редукции влечений Халла и фрейдовской концепцией удовольствия, целью бихевиоризма как состоящей из редукции стимулов. Примером второй связи в этом треугольнике является заявление философа Германа Фейгла, которое он сделал в своей речи на недавно прошедшем ежегодном собрании Американской психологической ассоциации, о том, что специфические фрейдовские механизмы могут быть сформулированы и использованы научно, но такие понятия, как "инстинкт смерти", – нет.
Но проблема в том, что такие конструкты, как "инстинкт смерти", по Фрейду, как раз и являются теми элементами, которые спасают его систему от полной механистичности; эти конструкты всегда лежат по другую сторону от детерминистических ограничений его теории. Они являются мифологией, в лучшем смысле этого слова. Фрейд не довольствовался простым проникновениям мифологических измерений в свое мышление, несмотря на свое старание в то же время выразить психологические закономерности в биологических предположениях девятнадцатого века. На мой взгляд, его методология была основой величия его вклада и сущностью для его центрального открытия – "бессознательного". Она была также сущностью его радикального вклада в новый образ человека, а именно, человека, которым движут демонические, трагические и деструктивные силы. Я пытался где-то в другом месте показать, что фрейдовская трагическая концепция Эдипа гораздо ближе к истине, чем наша склонность интерпретировать эдипов комплекс в терминах раздельно-половых и враждебных отношений в семье. Формулировка "инстинкта смерти" как биологического инстинкта не имеет, конечно, никакого смысла, и в этом случае правильно отвергается бихевиоризмом и позитивизмом. Но как психологическое и духовное состояние трагической натуры человека идея имеет действительно большое значение и превосходит любую чисто биологическую или механистическую интерпретацию. "

ФЕНОМЕН ГЕИ ДЖЕЙМСА ЛАВЛОКА

ФЕНОМЕН ГЕИ ДЖЕЙМСА ЛАВЛОКА: "“Весь облик Земли, климат, состав горных пород, воздуха и океанских вод есть не только результат геологических процессов, но и является следствием присутствия жизни. Благодаря непрекращающейся активности живых организмов, условия на планете поддерживаются в благоприятном для жизни состоянии на протяжении последних 3.6 миллиардов лет. Любые виды, которые неблагоприятным образом влияют на окружающую среду, делают ее менее пригодной для потомства будут в конце концов изгнаны также, как более слабые, эволюционно неприспособленные виды...' (Lovelock, 1991, p.25)

Экология разума

Экология разума (Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии) : "Эшби (Ashby, 1945) показал в строгих терминах, что стабильное состояние и продолжительное существование сложных интерактивных систем зависит от предотвращения максимизации любой переменной и непрерывное возрастание любой переменной неизбежно приведет к необратимым изменениям системы, которые и ограничат это возрастание. Он также показал, что в подобных системах очень важно позволять некоторым переменным изменяться. Стабильное состояние паровой машины с регулятором вряд ли сможет поддерживаться, если шары регулятора заклинило в одном положении. Аналогично, канатоходец с балансировочным шестом не может поддерживать свое равновесие иначе, как варьируя силы, которые он прикладывает к шесту.

Ж Бодрийяр Эстетика иллюзий, эстетика утраты иллюзий

Ж Бодрийяр Эстетика иллюзий, эстетика утраты иллюзий: "Точно так же, как и теория состоит не в том, чтобы иметь идеи (и следовательно, флиртовать с истиной), но в том, чтобы ставить ловушки, капканы, там, где чувства будут достаточно наивны для того, чтобы позволить поймать себя

Отправлено через панель инструментов Google:"

Делез

Делез ("Эмпиризм и субъективность"): "Философия должна конституировать себя как теория того, что мы делаем, а не как теория того, что есть"।
То же самое я бы сказал и в отношении психоаналитических теорий.

Бодрийяр

"Изнасилованное воображение" здесь.